От Наиль Махмутов
К stern
Дата 16.10.2010 17:36:26
Рубрики Гражданская война; Фотографии; Персоналии;

Re: А кто...

>Чуть cменим тему. Здесь краткая биография этого выдающегося генерала..Хотя судя по тому, какие факты там упоминаются: типа упал с лошади, подхватил воспаление легких не все было гладко :)

> http://de.wikipedia.org/wiki/Hermann_von_Eichhorn

>
>[95K]

>

Приветствую!
Убит левым эсером Б.М. Донским.Подробности нужны?
с уважением Наиль
>[20K]

От stern
К Наиль Махмутов (16.10.2010 17:36:26)
Дата 16.10.2010 18:13:55

Давайте подробности конечно, раз так быстро разгадали ! (-)
От Наиль Махмутов
К stern (16.10.2010 18:13:55)
Дата 16.10.2010 18:36:16

Re: Давайте подробности...

Извольте, вот подробности:
Летом по Украине прокатилась волна крестьянских восстаний против австро-немецких оккупантов и гетманских войск и созданных ими местных органов власти. В Киеве же, на первый взгляд, царил покой, хотя действовало антигетманское подполье. Гетман и фельдмаршал жили в центре города — на Печерске. Первый поселился в доме бывшего генерал-губернатора, а второй — по ул. Екатерининской, 16.
В июне 1918 г. в Киев с целью убийства Эйхгорна прибыла боевая группа левых эсеров во главе с И.К.Каховской. Покушение на Эйхгорна было дополнительно санкционировано Всеукраинским комитетом партии левых социал-революционеров, находившимся в то время в Одессе.Группа была обеспечена взрывчатыми веществами, оружием, деньгами и поддельными паспортами. В качестве техника в группе принимал участие И.Ф.Бондарчук. Связной группы была сначала М.Залужная. Позже связным стал член Всеукраинского комитета Е.П.Терлецкий.
В качестве боевика в группе был левый эсер матрос Б.М. Донской.



[37K]







Террористы готовили покушение на фельдмаршала по сценарию, разработанному еще в дореволюционные времена эсеровскими боевиками и даже народовольцами. У них было несколько конспиративных помещений как в самом Киеве, так и недалеко от города: дача в Святошино, частные дома в Боярке и на Глыбочице, квартира на Бибиковском бульваре. Потом террористы начали следить за Эйхгорном. Этот процесс был продолжительным и требовал большой конспирации и внимательности. Надо было не только определить маршруты Эйхгорна по Киеву, а и точно знать время его выезда из дома или штаба, приезда в то или иное учреждение. Киевские эсеры указали местожительство фельдмаршала, Б.Донской купил белого коня и превратился в «извозчика», что давало ему возможность свободно передвигаться по городу и вести слежку. Столкнулись с трудностями, которых не знали дореволюционные террористы. Центр Киева — Липки, где проживали Эйхгорн и Скоропадский, где находился немецкий штаб, другие учреждения, был превращен в своеобразный военный лагерь. Сюда для слежки за главнокомандующим невозможно было пробраться под видом лоточника, торгующего папиросами, в этом районе не сдавались квартиры, практически не было магазинов и т.п.
Единственное, что могли делать террористы, — быстро ходить по ул. Екатерининской, сменяя один другого, постоянно переодеваясь и даже гримируясь. Один раз случайно И.Каховская встретила Эйхгорна с адъютантом, которые пешком шли к штабу. Прошло много времени, пока террористы точно установили, что такие прогулки происходят ежедневно в час дня и длятся 3-5 минут.
Террористический акт запланировали на 30 июля. За дело взялся Б.Донской. Боевики хотели разработать и план бегства Донского с места теракта, но, как и их предшественники, отвергли его. Эсеры в каждое убийство высокого должностного лица вкладывали максимум агитационного содержания. Каждый террористический акт должен был донести до широкой общественности цель и причину уничтожения врага народа и борьбы за революционные идеалы.

В конце июля 1918 г. в Киеве шли дожди, поэтому Б.Донской в тот день надел плащ, в карман которого положил бомбу, и модную соломенную шляпу «канотье». В район Липок его сопровождала И.Каховская. На всякий случай Донского подстраховали Е.Терлецкий (на углу Крещатика и Прорезной) и Г.Смолянский непосредственно на главной улице Киева. И.Каховская и Б.Донской медленно шли по Лютеранской улице и очутились на Екатерининской ровно в час дня.

Охрану в Липках, где дислоцировалось командование немецких войск и жил Эйхгорн, обеспечивали солдаты 76-го полка. Рядовой Альфред Хилькер посмотрел на часы, которые показывали 1 час 55 минут дня, и подошел к окну караульного помещения, которое находилось на углу Екатерининской улицы и Липского переулка. Он знал, что в это время главнокомандующий ежедневно ходит обедать от дома, где проживает, к помещению офицерского собрания штаба, находящегося на перекрестке улиц Екатерининской и Институтской. Все было как всегда. Эйхгорн в сопровождении адъютанта капитана фон Дресслера шел по тротуару Екатерининской. На перекрестке с Липским переулком они должны были перейти на противоположную сторону улицы и направиться к дому № 16, где проживал фельдмаршал. Вдруг постовой заметил, что в том месте прямо на мостовой стоит человек в гражданском и смотрит в сторону Эйхгорна. Хилькер инстинктивно схватил винтовку. А между тем Эйхгорн и Дресслер прошли мимо неизвестного и остановились на тротуаре, оживленно разговаривая. Человек в плаще вынул что-то из кармана и бросил в сторону фельдмаршала и его спутника.
Прогремел сильный взрыв. В то же время по Екатерининской в сторону Елисаветской медленно ехал извозчик. Террорист прыгнул в фургон, и конюх стегнул рыжую кобылу, но та не тронулась с места. Происходило это как раз напротив магазина Прасковьи Голубь, который находился в доме №15 по ул. Екатерининской. Террорист спрыгнул на мостовую и стал убегать в направлении Елисаветской улицы. За ним побежали немецкие солдаты. С помощью П.Голубь они задержали извозчика, который назвался Ефремом Бычком и заявил, что не причастен к теракту. Злоумышленника уже догонял ефрейтор Бемке, в то время как тот внезапно остановился возле дома №15 и поднял руки. Сделать это его заставила не только безысходность, но и традиция эсеровских террористов объяснять властям и населению мотивы убийства того или иного высокого должностного лица в интересах народа.
От взрыва самодельной бомбы Эйхгорн и Дресслер были смертельно ранены. Об этом теракте гетман П.Скоропадский вспоминал так: «30 июля по новому стилю мы как раз закончили завтракать в саду, и я с генералом Раухом хотел пройтись по саду, прилегающему к моему дому. Не отошли мы и на несколько шагов, как прозвучал сильный взрыв неподалеку от дома. …Я и мой адъютант побежали туда. Мы увидели действительно тягостную картину: фельдмаршала перевязывали и укладывали на носилки, рядом лежал на других носилках его адъютант Дресслер с оторванными ногами, он, несомненно, умирал. Я подошел к фельдмаршалу, он меня узнал, я пожал ему руку, мне было чрезвычайно жаль этого почтенного старика... Я чувствовал, что его смерть только усложнит обстановку в Украине... Адъютант Эйхгорна Дресслер в тот же день умер. А бедного Эйхгорна отвезли в клинику профессора Томашевского, он еще помучился немного и на следующий день вечером, именно в тот момент, когда я пришел его навестить, умер".
Террориста отправили в немецкое отделение киевского дома арестов. Сразу же началось следствие под личным надзором прокурора Генрихсена. На первом допросе задержанный заявил: «Зовут меня Борис Михайлович Донской. Мне 24 года. Я крестьянин села Гладкие Выселки Михайловского уезда Рязанской губернии, неженатый, грамотный, не судился. С 1915 по 1917 год служил на Балтийском флоте на транспортном судне «Азия», где был минным машинистом. В партии с 1916 года. Виновным себя признаю. Центральным комитетом Украинской и Российской партии левых эсеров было принято постановление убивать всех немецких, французских и других иностранных военачальников, направляющихся в Россию забирать у крестьян землю и душить российскую революцию. На последнем съезде нашей партии в Москве это постановление было санкционировано.... Центральный комитет Партии левых социалистов-революционеров вынес смертный приговор Эйхгорну за то, что он, являясь командующим немецкими военными силами, задушил революцию в Украине, изменил политический строй, осуществил, как сторонник буржуазии, переворот, содействуя избранию гетмана, и забрал у крестьян землю. Когда Центральный комитет Российской партии левых социалистов-революционеров приговор утвердил, я взялся за выполнение этого приговора и согласился убить Эйхгорна».
Следственные органы интенсивно искали соучастников Донского. А тем временем гетман П.Скоропадский обратился с грамотой к украинскому народу:
«Сегодня, 30 июля 1918 г., в 10 часов вечера, почил навеки командующий группой немецких войск в Украине генерал-фельдмаршал Эйхгорн, погибнув от преступной руки заклятых врагов Украины и ее союзников. Тем, кто не знал покойного генерал-фельдмаршала, трудно оценить, какая это большая и горькая потеря для Украины. Генерал-фельдмаршал Эйхгорн был искренним и убежденным нашим приверженцем и другом украинского народа, и целью его было создание самостоятельного Украинского Государства. Видя в нашем народе неисчерпаемые творческие силы, он радовался тому славному будущему, которое ожидает Украину, и всеми силами поддерживал идею Украинского Государства даже среди тех, кто относился к ней с недоверием. …Единственное утешение в тяжком горе, нас постигшем, это то, что позорное преступление совершено не сыном Украины, а чужаком, враждебным Украинскому Государству и его союзникам.
Гетман всей Украины Павел Скоропадский».
Кроме того, между Киевом и Берлином состоялся обмен телеграммами на высшем уровне.
Следствие интенсивно работало и арестовало нескольких террористов. Таким образом была сорвана их попытка совершить 1 августа во время панихиды по Эйхгорну покушение на П.Скоропадского. В тот же день гробы генерал-фельдмаршала и его адъютанта отправили для погребения на родине. Массовая траурная процессия отправилась по улицам Екатерининской, Александровской, Крещатику, Фундуклеевской, Пироговской, Бибиковскому бульвару, Безаковской к Киевскому вокзалу. На тротуарах, кроме военных, стояли тысячи киевлян, перед этим смертельно напуганные слухами, что немецкие войска окружили Киев и начнут его артиллерийский обстрел.
Е.Терлецкому и Г.Смолянскому удалось избежать ареста и выехать из Киева. И.Каховская попала в засаду возле дачи в Святошино и была схвачена немецкими солдатами. Арестовали и И.Бондарчука (Собченко).
Узников, особенно Б.Донского, жестоко пытали. Несмотря на жестокие пытки, Донской сообщил лишь имя, партийную принадлежность и заявил, что ЦК ПЛСР вынес "смертный приговор Эйхгорну за то, что он, являясь начальником германских военных сил, задушил революцию на Украине, изменил политический строй, произвёл, как сторонник буржуазии, переворот, способствуя избранию гетмана, и отобрал у крестьян землю" ["Дело Эйхгорна и Деникина (Из воспоминаний)", в кн.: "Пути революции", Берлин, 1923, с. с. 219). Из Лукьяновской тюрьмы ему удалось передать на волю записку: "Для меня нет в жизни более дорогого, чем революция и партия" (там же, с. 220).
Извозчик Бычок, не переставая твердить, что ничего общего с терактом не имеет, повесился в камере. Левые эсеры подвергли сомнению самоубийство Бычка и утверждали, что его тайно убили немецкие и гетманские тюремщики. Но это, очевидно, выдумка. Власти не побоялись открыто объявить смертный приговор Б.Донскому и И.Каховской и публично казнить убийцу Эйхгорна на Лукьяновской площади.
10 августа в пять часов дня из переулка, ведущего от тюрьмы к площади, место казни, вышли две роты немецких солдат и несколько мужчин в офицерских серых шинелях. Палач, арестант Лукьяновськой тюрьмы Линник, в серой шинели стоял возле телефонного столба, где висела петля из скрученной проволоки и была прибита большая доска с надписью: «Убийца генерал-фельдмаршала фон Эйхгорна». Борис Донской подошел к столбу и абсолютно спокойно снял связанными руками шапку с головы, а палач ловко набросил петлю. Немецкий солдат выбил из-под ног Бориса Донского скамью, и он повис.
На площади было много людей. Труп оставили висеть на столбе в течение двух часов. Ночью его сняли и перенесли в часовню. Временный служитель из уголовных тайно от администрации собрал цветы в больничном саду и обсыпал ими тело покойного. Так, в цветах, его и отпевали.
И.Каховской объявили смертный приговор почти через месяц после казни Донского — в середине сентября 1918 г. Суд под председательством полковника Гюбнера длился всего 15 минут. После приговора Гюбнер подошел к Каховской и сказал: «Повесить у нас даму не очень-то и легко. Нужно, чтобы приговор утвердил сам кайзер». Но Вильгельм II так и не вынес свой вердикт. В ноябре 1918 г. в Германии вспыхнула революция, свергнувшая власть кайзера, тогда же закончилась Первая мировая война. В Украине с новой силой вспыхнуло восстание против гетмана, 14 декабря вынужденного отречься от власти, которая перешла в руки Директории. В декабре петлюровские войска оккупировали Киев, освободили узников. Правда, Собченко, готовившего покушение как на Эйхгорна, так и на Скоропадского, выпустили на свободу, а Каховскую перевели в Лукьяновскую тюрьму. Новая власть не взяла на себя ответственность освободить террористку. Когда же партия левых эсеров обратилась к председателю немецкого совета солдатских депутатов Кирхнера, тот заявил, что ее дело рассматривалось не как политическое, а как уголовное, и совет ничего, к сожалению, сделать не может. В дело освобождения И.Каховской вмешался даже ЦК левых эсеров, непосредственно обратившийся к немецкой организации «Союз Спартака». Ответ был такой: террористка оставит тюрьму, когда из Киева уйдет последний немецкий солдат. Но и после этого Каховская находилась в тюрьме. Лишь благодаря настоятельному ходатайству бывшего члена Центральной Рады Николая Ковалевского она вышла на свободу в январе 1919 г. Украинские власти относились к террористам безразлично.
Однако большевики, захватившие в начале февраля 1919 г. Киев, сделали из них народных героев. 7 апреля в Киеве в помещении Купеческого собрания начался первый открытый революционный трибунал в советской Украине над убийцами Б.Донского. Судебное заседание открыл наркомюст О.Хмельницкий, вкратце рассказавший о судебной расправе над врагами советского строя в УССР. Трибунал судил непосредственного палача Б.Донского — уголовного узника Линника, а также ряд причастных к пыткам террористов руководителей Лукьяновской тюрьмы и немецких офицеров из контрразведки. Многих судили заочно. 8 апреля 1919 г. трибунал вынес смертный приговор Линнику и надзирателю тюрьмы Боровчуку, который и был выполнен в течение 24 часов. Отдельных подсудимых, не присутствовавших на суде, объявили «вне закона». Об офицерах кайзеровской контрразведки, приговоренных к казни, ЦК КП(б)У известил «Союз Спартака» и потребовал от немецкого правительства выполнить вынесенный в Киеве приговор. Эти требования так и остались только на бумаге.

(Валерий ВОЛКОВИНСКИЙ. САМЫЙ ГРОМКИЙ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЙ АКТ ПЕРИОДА УКРАИНСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. Зеркало недели. № 5 (329) 3 — 9 февраля 2001)



[72K]




[37K]




[93K]




[59K]



С уважением Наиль
От Китаец
К Наиль Махмутов (16.10.2010 18:36:16)
Дата 16.10.2010 20:05:48

Re: Давайте подробности...

Салют!
Я Скоропадского читал, и с тез пор ношу сомнение.
30 июля Скоропадский слышит взрыв и видит тягостную картину. Затем "бедного Эйхгорна отвезли в клинику профессора Томашевского, он еще помучился немного и на следующий день вечером ... умер". Если всё правильно, то умереть фельдмаршал должен бы 31 июля.
> А тем временем гетман П.Скоропадский обратился с грамотой к украинскому народу:
> «Сегодня, 30 июля 1918 г., в 10 часов вечера, почил навеки командующий группой немецких войск в Украине генерал-фельдмаршал Эйхгорн, погибнув от преступной руки заклятых врагов Украины и ее союзников...
Где ошибка? И когда была оглашена грамота, если в ней "Сегодня ... в 10 часов вечера". Оставалось всего два часа до конца "сегодня".
С почтением, Китаец.
От stern
К Китаец (16.10.2010 20:05:48)
Дата 16.10.2010 20:56:23

Скоропадский неточен .


>30 июля Скоропадский слышит взрыв и видит тягостную картину. Затем "бедного Эйхгорна отвезли в клинику профессора Томашевского, он еще помучился немного и на следующий день вечером ... умер". Если всё правильно, то умереть фельдмаршал должен бы 31 июля.

Вот немецкий официоз, именно 30.07 вечером в 10 часов генерал и умер. Жаль старичка..

http://www.stahlgewitter.com/18_07_30.htm
От Китаец
К stern (16.10.2010 20:56:23)
Дата 16.10.2010 21:11:53

Re: Скоропадский неточен...

Салют!

>Жаль старичка..

Да и матросика жалко...
С почтением, Китаец.
От stern
К Наиль Махмутов (16.10.2010 18:36:16)
Дата 16.10.2010 19:19:48

спасибо ! (-)